САХАЛИНСКАЯ ЖИЗНЬ БРОНИСЛАВА ПИЛСУДСКОГО
Главная
Содержание
Труды
Даты
Имена
Автор
 

1| 2| 3| 4| 5| 6

 

     Начали уезжать отбывшие свой срок или помилованные товарищи. Уехал И.П. Ювачёв, затем Л.Я. Штернберг.

 

Илл. 24. Билет на выезд в Приморскую

область Л.Я. Штернбергу в мае 1897 г.

(ПФА РАН. Ф. 282. Оп. 1. Д.. 156. Л. 75).

 

Вскоре уехали и И.Ф. Суворов, В.П. Бражников, И.И. Мейснер, Г. Госткевич.  Среди оставшихся уже не было прежнего единства. У каждого была своя жизнь, и всё это оставляло тяжёлое впечатление. Временами подкрадывалась депрессия, никого не хотелось видеть. Сестре он жаловался: «Все отношения, контакты, стали более отдалёнными, некоторые даже постылыми. Например, в небольшой кучке товарищей в этом году окончательная опустошённость». Даже дети иногда переставали радовать. В том же письме он писал: «Я не уверен, что получатся из них порядочные люди и что они чистые и невинные дети. Вижу в них  много злого, распущенного, сказалось сахалинское влияние. Исчезает то очарование, которое было в прошлом году от общения. Не могу к этому относиться как раньше. Не могу их идеализировать. Утратил и весёлость, и уверенность в себе. Одним словом оборвался главный нерв, дающий мне смысл и желание к дальнейшей жизни… Всё больше сужается круг моих интересов. Помню ещё время, когда видел своё признание в общении с коллегами, в моральном влиянии на интеллигенцию и даже господствующие классы. Оглядываясь назад, можно признать, что не без добрых результатов прошли эти времена…  Тяжело мне, когда вижу, что не являюсь центром, вокруг которого вращаются желания, интересы и весёлость моей детской компании». Не радовали праздники и вообще дни: «Часто повторяю строки одного русского поэта:

День… Дня я не люблю,

Но ночь – моя подруга.

Пускай мне говорят, что в сумраке ночном

Вдвойне больнее скорбь душеного недуга,

И страх грядущего и грёзы о былом 

Мне ночь милее дня…»[1].

 

Илл. 25. Бронислав Пилсудский на Сахалине.

 

       Но проходило какое-то время и он был снова работоспособен и полон энергии.        В октябре 1897 г. Б. Пилсудский  вернулся в Рыковское. Прошла зима и он решил напомнить о себе Обществу изучения Амурского края. «Предшественник Ваш, – писал он в телеграмме от 15 марта 1998 г. председателю Общества, – предложил место консерватора музея, если решение это не изменилось, благоволите хлопотать разрешение мне выехать. Пилсудский»[2].

      Дело о его приглашении во Владивосток становилось реальностью. В мае 1898 г. Общество изучения Амурского края обратилось с ходатайством к  Приамурскому генерал-губернатору[3]:

«Его Высокопревосходительству

Господину Приамурскому Генерал-Губернатору

Общество изучения Амурского края, обладающее значительным количеством разнообразных коллекций, не имеет до сих пор соответствующего лица, которое могло бы привести эти коллекции в надлежащий порядок и наблюдать за ними.

     Этот недостаток ставит Общество в крайне беспомощное положение и служит к тому, что значительная часть коллекций, собранных с громадными усилиями, может преждевременно прийти в упадок. Кроме того этот недостаток  лишает Общество возможности увеличивать эти коллекции, в особенности коллекции по ихтиологии, имеющие громадное значение для края.

     Бывшим председателем Общества И.А. Края Н.К. Эповым[4]  было найдено лицо, которое вполне могло бы привести в порядок коллекции Общества, наблюдать за ними. Лицо это – Г[осподин] Пилсудский , отбывший ссылку за государственные преступления и проживающий в п. Александровском на острове Сахалин, который и заявил согласие на исполнение обязанностей консерватора музея, если дано будет разрешение на выезд с о. Сахалина и проживание в г. Владивостоке.

     В виду вышеизложенного  Общество Изучения Амурского Края решается обратиться к Вашему Высокопревосходительству и ходатайствовать о разрешении г-ну Пилсудскому на выезд и проживание в г. Владивостоке для несения обязанностей коллектора и консерватора Музея Общества.

 

Председатель Общества  Изучения

Амурского Края

А. Черемшанский[5].

 

Секретарь Общества

Н. Матвеев[6]».

          Обратился к генерал-губернатору С.М. Духовскому и отец  Пилсудского: «…Получив известие о приезде Вашего Высокопревосходительства в С-Петербург я вновь приехал за тысячу вёрст и осмеливаюсь беспокоить моей всепокорнейшей просьбой – разрешить сыну переезд во Владивосток, чем не только Ваше Высокопревосходительство дадите ему возможность трудиться, но и облегчите страдания и так уже убитого горем  – несчастного отца»[7]. Но занимался этим делом уже не С.М. Духовской, назначенный генерал-губернатором Туркестана, а  его преемник.

     28 марта 1898 г. император Николай II подписал приказ о назначении генерал-лейтенанта Н.И. Гродекова Приамурским генерал-губернатором, командующим войсками военного округа и  наказным атаманом Дальневосточных казачьих войск. После  обращения Гродекова в министерство внутренних дел вопрос был решён .

      В ноябре 1898 г. в Хабаровске было получено письмо из департамента полиции в котором сообщалось: «Вследствие отношения от 1 июля сего года за № 61, имею честь уведомить Ваше Превосходительство, что со стороны Министерства Внутренних  Дел не встречается препятствий к переводу ссыльно-поселенца Бронислава Осипова Пилсудского на жительство во Владивосток, для занятий в музее Общества изучения Амурского края, с тем однако, чтобы за названным лицом был установлен надлежащий надзор и чтобы последовавшее  в отношении Пилсудского распоряжение было отменено, если он будет замечен в чём либо предосудительном »[8].

     Можно было собираться во Владивосток. Но Бронислав решил перезимовать на Сахалине с тем, чтобы «систематически заняться окончанием переводов сказок и песен». Кроме того в нём пока нуждались и ждали от него поддержки и помощи «милые радушные люди». Он оживал, ощущая свою необходимость для других. Эта потребность давала , как он уже сам заметил «пищу моему сердцу». На Сахалин тоже был назначен новый военный губернатор. В.Д. Мерказина сменил генерал-майор М.Н. Ляпунов[9].      Нужно     было     позаботиться о нуждах гиляков перед новым  начальством.     

       Пилсудский писал  Л.Я. Штернбергу, который уже был в Петербурге: «Кое-что у меня накоплено из гиляковедения. Много песен, свыше 100 сказок. Но всё не так обработано, как Вы требуете. Они годятся только для свободного перевода и уяснения смысла. За лингвистическими тонкостями я не гнался. Есть ещё у меня богатый список всех лекарств и очерк о болезнях у гиляков и их лечение, но это дал Лобасу, который обещал вложить часть своего труда как специалист и дополнить своими заключениями, т.е. обработать мой сырой материал. Это необходимо было, т.к. много разъяснений может сделать только врач. Но теперь не знаю, успеет ли он, т.к. он сам собирается уезжать весною»[10].   

       К этому же времени относится его небольшая, но очень ценная работа «Некоторые ответы на программу сведений по вопросам первоначального физического воспитания у гиляков о. Сахалина»[11]. Рукопись хранится в архиве Петербургской части Института этнологии РАН, на конверте, куда она вложена, сделана надпись: «Вопрос о физическом воспитании детей. Гиляки о. Сахалина.  17/XI-98». В  ней Пилсудский обстоятельно описывает все действия, производимые с новорожденными: омовение, пеленание, одевание, укладка в люльку, кормление и прикармливание и пр. Рукопись была послана в

 

Илл. 26. Военный губернатор о. Сахалина М.Н. Ляпунов (1848 – 1909).

 

Музей антропологии и этнографии, и вместе с ней Пилсудский направил шестнадцать предметов, собранных у гиляков селения Хитини-во, которое находилось примерно в пяти километрах от Рыковского. Весь этот материал относился к теме сообщения, являясь атрибутами ухода за новорожденным у нивхов. Каждый предмет был пронумерован и рядом с русским дано его нивхское название. Эта коллекция позволяет сделать вывод, что связи у Пилсудского с МАЭ имелись ещё до того, как там начал работать Л.Я. Штернберг.

     Зима сложилась для Бронислава не очень удачно. Новый военный губернатор сумел выжить с острова  И.С. Вологдина. Он давно был «белой вороной» среди сахалинских чиновников. Нашёлся благовидный предлог – «подрыв власти начальников тюрем и дискредитирование их перед ссыльными». Новым Тымовским окружным начальником стал С.Н. Соболев[12], с которым у Пилсудского уже не было прежнего взаимопонимания. Сам он писал Л.Я. Штернбергу: «Последние месяцы на Сахалине я имел много  неприятностей и впал в неприятное для меня самого нервное состояние, которое мешало мне быть спокойным, работящим и думающим о других. Теперь всё проходит, и я только жалею потерянного времени»[13].

     Не дождавшись весны и навигации, Бронислав стал собираться в дорогу. Предстоял длинный путь: на собаках до Николаевска, затем до Хабаровска, а оттуда уже во Владивосток. 31 января 1899 г. на квартиру Б. Пилсудского пришли его друзья гиляки, чтобы проводить своего Акана. Они пожелали, чтобы Бронислав записал, прощальную песнь, которую исполнила старая женщина, жена гиляка Пимки. «Ты на материк собираешься ехать,  – пела она, – меня бросив, поедешь, я тебя люблю, малые девочки и большие женщины жалеют»[14]. Сестра Чурки, нивхская поэтесса Вунит, о которой Пилсудский писал очень  тепло, продиктовала две песни. В них проникновенные, идущие от сердца слова:

«Как увижу похожего на тебя,

о тебе подумаю,

другим окажется, скучно станет.

Гиляка хорошего, ты ещё лучше.

Ты об этом не знаешь…

человек  хороший вот ты самый»[15].

     Некоторые исследователи считают, что Вунит и Бронислава связывало нечто большее чем дружба[16].

     11 февраля 1899 г., уже находясь в дороге, Пилсудский остановился для прощания с гиляками в с. Танги. Здесь ему пропели две песни мужчина Саниях и старуха Кöун. В 1899 г. среди гиляков зимою был голод. Было сделано распоряжение о выдаче им в ссуду муки. Со складов Александровской тюрьмы была выдана очень некачественная мука с обилием отрубей. Гиляки называли её соломой, травой, а не мукой. Они дали уезжавшему Пилсудскому наказ доложить обо всех их нуждах в Хабаровске «хозяину» – генерал-губернатору. Об этом и пел Саниях:

«Давно, русских когда не было,

рыбы было много, оленей много,

 соболей много, медведей много;

гиляки были богаты.

Теперь русских много, голодные

Мы почти помираем.

Медведей нет, оленей нет.

Сейчас может быть помрём.

У русских просили о (помощи)

Соломой только нас кормили.

К своему хозяину (царю) когда

Ты пойдёшь, хорошенько

Про нас расскажи»[17].

     Последнее прощание было недолгим. Резвая собачья упряжка, взметая снег, помчалась через сахалинские станки и  залив к Николаевску. За снежной пеленой лежала новая дорога, новые надежды и свершения. Но как теперь отличался Пилсудский от растерянного студента, прибывшего двенадцать с половиной лет назад на Сахалин. Возмужавший и зрелый, он хорошо знал, что впереди жизнь, полная научных поисков и служения людям. Сахалин был позади.  

 



[1] Архив Библиотеки Литовской Академии Наук в Вильнюсе. Pilsudskis seimos rankrasciai, III. Bronislovas Pilsudskis.Фонд 161–49. Л. 96 об.

[2] Бабцева И.И. Б.О. Пилсудский и музей Общества изучения Амурского края. Неопубликованные документы из фондов Приморского государственного объединённого музея им. В.К. Арсеньева // Известия Института наследия Бронислава Пилсудского. №. 4. Южно-Сахалинск, 2000. С. 19.

[3] РГИА ДВ. Ф. 702. Оп. 4. Д. 461. Л. 55–56.

[4] Эпов Николай Константинович – военно-морской врач, доктор медицины, действительный член (с 1886), член распорядительного комитета (с1893) Председатель (1895 – 97) Общества изучения Амурского края. Внёс большой вклад в работу ОИАК, приобрёл участок земли, где впоследствии были сооружены здания Общества. Выработал программу коллекции музея, систему отделов и подотделов в них (всего 12 отделов). В 1896 г. вышел 5-й том Записок ОИАК под редакцией Н.К. Эпова. Выступал с докладами «О климате Владивостока», «Печёночная двуустка», «О санитарном состоянии местных войск» и др. на заседаниях Общества.

[5] Черемшанский  Аполлон Евграфович (1861 – 1905) – военно-морской врач, председатель Общества врачей Южно -Уссурийского края (1897), председатель Общества изучения Амурского края (1898 – 1899). Как опытный хирург пользовался большим уважением. В 1899 г. по его инициативе во Владивостоке была открыта первая на Дальнем Востоке Пастеровская станция.

[6] Матвеев Николай Петрович (1866 – 1941) – журналист, литератор, общественный деятель (псевдоним Николай Амурский). Редактировал и издавал газету «Далёкий край», выпускал журнал «Природа и люди Дальнего Востока». В 1906 г. журнал был закрыт, а Матвеев арестован и посажен на год в тюрьму. После выхода из тюрьмы становится корреспондентом газеты «Далёкая окраина». Активно занимался общественной деятельностью. Гласный городской думы, а впоследствии член городской управы, избирался секретарём Общества изучения Амурского края. Почётный гражданин Владивостока с 1910 г. В 1919 г. эмигрировал в Японию. Матвеев имел 12 сыновей и 3 дочерей (пятероро из них родились в Японии) Б. Пилсудский некоторое время  во Владивостоке жил в доме Н.П. Матвеева.

[7] РГИА ДВ. Ф. 702. Оп. 4. Д. 461. Л. 52.

[8] Там же. Л. 61.

[9] Ляпунов Михаил Николаевич  (1848–1909) – военный губернатор о. Сахалина в 1898 – 1905 гг. Генерал-майор, с 1901 г. генерал-лейтенант. С его именем связана капитуляция японцам, во время боёв на о. Сахалине в 1905 г.

[10] Пилсудский Бронислав. "Дорогой Лев Яковлевич…" (Письма Л.Я. Штернбергу. 1893 – 1917 гг.). С. 166.

[11] Пилсудский Б. Некоторые ответы на программу сведений по вопросам первоначального физического воспитания у гиляков о. Сахалина. Публикация В.М. Латышева // Краеведческий бюллетень. Южно-Сахалинск, 1990. № 3. С. 64–66.

[12] Соболев Сергей  Николаевич – чиновник для особых поручений при военном губернаторе о. Сахалина, 1898 – 1904 гг.  начальник Тымовского округа, титулярный советник.

[13] Там же. С. 165.

[14] Пилсудский Бронислав. Песни, посвящённые мне // Известия Института наследия Бронислава Пилсудского. Южно-Сахалинск, 1998. № 1. С. 113.

[15] Там же. С.113–114.

[16] См. Лок Г.Д. Тылгур о дочери нивхской поэтессы Вунит // Известия Института наследия Бронислава Пилсудского. № 5. Южно-Сахалинск, 2001. С.168–171.

[17] Пилсудский Бронислав. Песни, посвящённые мне. С.114–115.

1| 2| 3| 4| 5| 6

« Prev
Предисловие| Глава 1| Глава 2| Глава 3| Глава 4| Глава 5| Глава 6| Глава 7| Послесловие
Next »
В.М. Латышев © 2012 | Web-Kniga © 2012